Updated 2026-08-30

Почему одни и те же марки сигар существуют в кубинской и некубинской версиях?

Потому что в 1959–60 годах революционное правительство Кубы национализировало все сигарные фабрики острова, и семьи, стоявшие за такими марками, как Cohiba, Montecristo, Partagás и H. Upmann, лишились права производить их там. Многие вместо этого воссоздали те же названия за рубежом. Итог, актуальный и сегодня: один и тот же бренд — но две совершенно не связанные друг с другом сигары, произведённые в разных странах разными компаниями.

Что на самом деле произошло в 1959 году?

До революции сигарная промышленность Кубы представляла собой набор частных фабрик, некоторые из которых основаны ещё в 1840-х годах, в основном выходцами из Испании и других европейских стран, обосновавшимися в Гаване и Пинар-дель-Рио. 15 сентября 1960 года новое правительство провело полную национализацию отрасли. Владельцы Partagás и H. Upmann потеряли свои фабрики в тот же день — среди шестнадцати, конфискованных разом; государство сохранило за собой и здания, и торговые марки.

Люди, создавшие эти бренды, в большинстве своём уехали — во Флориду, ненадолго на испанские Канарские острова, а затем, как и большая часть отрасли, в Никарагуа, Гондурас и Доминиканскую Республику — страны с климатом, достаточно близким к кубинскому для выращивания родственного растения, хотя почва там никогда не была совсем такой же. Именно эти изгнанники — главная причина того, что сегодня вообще существует сигарная индустрия «Нового Света». (О том, как эта разница в почве проявляется в листе, читайте в материале «Куба против терруара Нового Света».)

Затем с двумя разными типами брендов произошли две разные вещи. За старые, уже прославленные кубинские имена — Partagás, H. Upmann, Romeo y Julieta, Montecristo — развернулась борьба, и теперь каждое из них существует как две отдельные сигары под одним названием. Более поздние семьи изгнанников этой борьбы избежали и вместо этого создавали совершенно новые бренды.

Кто производит кубинскую версию сегодня и кому принадлежит вторая половина?

Каждая сигара, продаваемая под кубинской маркой, произведена компанией Habanos S.A., созданной в 1994 году как эксклюзивный производитель и экспортёр сигар Кубы. У неё всегда был иностранный миноритарный партнёр: франко-испанская фирма Altadis приобрела 50% долю в 2000 году, а британская Imperial Tobacco (позднее Imperial Brands) унаследовала эту долю, купив Altadis в 2008 году. По данным репортажей 2020 года, Imperial продала свою долю, хотя не все справочные источники отражают эту продажу, поэтому кто именно владеет ею сегодня, доподлинно неизвестно, и этот материал не будет строить догадки.

Что установлено достоверно и куда важнее — гораздо проще: другое подразделение Altadis, Altadis U.S.A., полностью владеет некубинскими H. Upmann, Montecristo и Romeo y Julieta, которые производятся в Доминиканской Республике. Так что на протяжении многих лет одна корпоративная семья находилась по обе стороны границы «кубинское/некубинское» сразу для трёх из этих четырёх названий — при этом сами сигары так и не стали единым продуктом. Разный лист, скрученный на разных фабриках: право собственности и физическая сигара оказались разными вопросами.

Четыре названия, существующие теперь в двух версиях

Три из четырёх прошли одним и тем же путём: после национализации права на США оказались у группы, впоследствии ставшей Altadis, чья фабрика в Ла-Романа (Доминиканская Республика) сегодня производит все три марки. Основатель Montecristo Алонсо Менендес и владельцы H. Upmann бежали в 1960 году и сначала пытались возродить бизнес на Канарских островах, прежде чем он окончательно перегруппировался там.

Partagás пошёл другим путём. Рамон Сифуэнтес, управлявший брендом, был вынужден покинуть его без какой-либо компенсации в 1960 году. Позднее он возродил Partagás в США вместе с компанией General Cigar, которая зарегистрировала американский товарный знак в 1978 году и перенесла производство — через недолгую остановку на Ямайке — в Доминиканскую Республику к 1979 году. General Cigar сегодня принадлежит датской группе Scandinavian Tobacco Group — отдельной корпоративной семье, не связанной с той, что стоит за остальными тремя марками.

Название Romeo y Julieta — это просто испанский перевод названия шекспировской пьесы.

Как Cohiba могла разделиться на два, если этим брендом никогда не владела семья?

Cohiba не вписывается в схему изгнания, потому что национализировать в 1959 году было нечего: бренда тогда ещё просто не существовало. По более позднему рассказу самого Фиделя Кастро, сигара его телохранителя настолько впечатлила его в середине 1960-х, что государство разыскало скрутчика и построило отдельную фабрику, El Laguito, чтобы поставлять эту смесь Кастро и высшим чиновникам. Кубинская табачная монополия впервые выпустила Cohiba в открытую продажу в 1982 году.

Некубинская Cohiba существует по более узкой причине. Компания General Cigar зарегистрировала товарный знак «Cohiba» в США ещё в 1978 году — за четыре года до того, как кубинская версия вообще поступила кому-либо в продажу, — и начала продавать под этим именем сигару доминиканского производства. Кубинская государственная табачная компания подала иск, чтобы вернуть себе право на имя, когда обе версии стали напрямую конкурировать, и проиграла: федеральный апелляционный суд вынес решение в пользу General Cigar в феврале 2005 года, а Верховный суд отказался рассматривать дальнейшую апелляцию в июне 2006 года. На Cohiba производства General Cigar до сих пор указывается оговорка о том, что она не имеет отношения к одноимённому кубинскому бренду.

Почему кубинского Davidoff больше не существует?

Не каждое название на полке сегодня живёт двойной жизнью. Davidoff — случай, когда Куба попросту полностью утратила бренд. Зино Давидов, табачник из Женевы, начал ставить своё имя на сигары кубинского производства с 1968 года, скручиваемые на той же фабрике El Laguito, что выпускала Cohiba. Партнёрство закончилось плохо: в августе 1989 года Давидов публично сжёг более 100 000 сигар, которые счёл недостойными носить его имя, а к 1991 году производство Davidoff на Кубе полностью прекратилось — по обоюдному согласию сторон.

Затем производство перенесли в Доминиканскую Республику, а позже и в Гондурас, под управлением нынешней Oettinger Davidoff Group из Базеля, Швейцария. С тех пор ни одной кубинской Davidoff не выпускалось. Для этого единственного названия некубинская версия не конкурирует с кубинским соперником — она просто осталась единственной.

Почему некоторые семьи изгнанников создавали новые названия вместо старых?

Не у каждого изгнанника был товарный знак, за который стоило бы бороться. Некоторые из самых значимых фигур современной индустрии Нового Света покинули Кубу, владея лишь фермой или должностью на фабрике, а вовсе не мировым брендом, и начали всё заново под собственными именами.

• Padrón: семейная табачная ферма Хосе Орландо Падрона близ Пинар-дель-Рио была национализирована; он покинул Кубу в 1961 году и основал компанию Padrón в Майами в 1964 году, позднее перенеся производство в Эстели, Никарагуа, ради более близкого доступа к сопоставимому листу.
• Oliva: семья выращивала табачный лист в Пинар-дель-Рио с 1886 года. Хильберто Олива-старший уехал после 1959 года, занимался фермерством в Испании, а затем с 1969 года — в Никарагуа, и запустил готовый сигарный бренд Oliva Cigar Co. лишь в 1995 году вместе с сыном.
• My Father: Хосе «Пепин» Гарсиа научился скручивать сигары ещё ребёнком на Кубе и заслужил там репутацию мастера ещё до отъезда. Позднее он дал своё имя компании, которая сегодня управляется из Эстели, Никарагуа, и Эль-Параисо, Гондурас.
• Arturo Fuente: исключение по срокам. Артуро Фуэнте уехал с Кубы в Тампу, Флорида, в 1902 году и основал там свою компанию в 1912 году — за десятилетия до революции. Его потомки сохраняли дело на плаву через пожар на фабрике в 1924 году, возрождение с домашнего крыльца в 1946 году и неоднократные переезды, в итоге обосновавшись в Доминиканской Республике с 1980 года.

Ни у одного из этих четырёх брендов нет кубинского аналога, конкурирующего за то же имя, потому что ни один из них не является продолжением того, чем сегодня владеет государство. Это отдельная ветвь того же самого исхода.

У каких домов вообще нет кубинской истории?

Стоит упомянуть два названия по прямо противоположной причине: события 1959 года их вообще не затронули. Toscano ведёт свою историю от государственной табачной фабрики, основанной в Великом герцогстве Тосканском в 1818 году, использует ферментированный табак из семян Кентукки, вяленый на дубовых и буковых дровах, а не лист из кубинских семян, о котором идёт речь во всей этой истории, и до сих пор производится в Италии. Villiger была основана в 1888 году Жаном Виллижером в швейцарской деревне Пфеффикон и остаётся семейным делом уже пять поколений спустя, известным в первую очередь машинными сигарами и сигариллами, а не той категорией ручной скрутки, о которой рассказывает весь остальной этот текст.

Стоит также отметить, что ничего из этого не видно на бандероли. Напечатанное имя не сообщает, какая из двух не связанных друг с другом фабрик скрутила сигару у вас в руках — одна из причин, почему текст на бандероли сам по себе — сигнал более слабый, чем принято думать. Об этом подробнее в материале «Почему сканеры сигар, распознающие только бандероль, не работают».

Коротко о главном

• В 1959–60 годах Куба национализировала свои сигарные фабрики и сохранила за собой права на названия брендов; семьи, стоявшие за этими брендами, в большинстве своём уехали.
• Partagás, H. Upmann, Romeo y Julieta и Montecristo существуют сегодня как две отдельные сигары под одним названием: кубинская — от Habanos S.A., и некубинская, производимая в основном в Доминиканской Республике.
• У Cohiba никогда не было семейного владельца до революции: это государственное создание, чей американский товарный знак в итоге достался другой компании после судебной тяжбы, завершившейся в 2006 году.
• С Davidoff всё пошло иначе. Куба полностью утратила бренд в 1991 году, и с тех пор кубинской версии не существует.
• Padrón, Oliva, My Father и Arturo Fuente пошли отдельным путём изгнания: создавали совершенно новые имена вместо борьбы за старые.